Therapia

Киевские цирюльники XVIII века и их «медицинские рукоделия». Григорий Иванович Хотяновский

М.П. Бойчак, д-р мед. наук, Украинская военно-медицинская академия, Р.Н. Лякина, музей Гетманства,
Центральный музей Вооруженных Сил Украины (Киев)

 

В лечебниках XVII–XVIII вв., с которыми нам удалось ознакомиться в Институте рукописей Национальной библиотеки Украины им. В.И. Вернадского, собраны многочисленные рецепты, позволяющие четко проследить два направления в развитии медицинских знаний того времени — хирургическое и терапевтическое. Одни специалисты — «резальники», «рукодельники» (или в переводе на латынь — цирюльники) зашивали раны, ампутировали конечности, лечили резаные, стреляные и гнойные раны, удаляли опухоли; другие — «травники» лечили внутренние болезни. Большой вклад в познание медицинской науки сыграли ученые Братского училищного Богоявленского монастыря на Подоле. Уже в первой половине XVII в. в Коллегии Петра Могилы этого монастыря преподавали ученые, получившие европейское образование, которые проявляли большой интерес к медицинской науке и стремились ознакомить отечественных «лечников» с ее достижениями за рубежом. Среди них был и выдающийся лингвист, переводчик, писатель, богослов Епифаний Славинецкий (1609–1675 гг.). В 1649 г. он был послан в Москву для перевода с латинского языка привезенных туда книг европейских ученых по многим вопросам, в том числе по медицине. За время пребывания в Москве Епифаний Славинецкий подготовил около 150 оригинальных и переводных научных сочинений, среди которых «Эпитоме» А. Везалия и «Космография» И. Блеу. Если в первой книге был перевод «врачевской анатомии», то во второй, помимо изложения учения Н. Коперника, содержалось много медицинских сведений о лекарственных растениях и их использовании для приготовления лекарств от «недугов человечьих». Ученик Епифания Славинецкого инок Евфимий Чудовский имел возможность ознакомиться с переводом книги А. Везалия, о чем он и поведал в своих записках. В Москве Епифаний Славинецкий преподавал медицину в Аптекарском приказе и открыл школу в Чудовом монастыре [1, 2]. Спустя 100 лет российский просветитель В.В. Измайлов, посетив библиотеку Киево-Могилянской академии, отметил, что в ней сохранилось много редких манускриптов и творений древности [3].

Старинные лечебники хранились не только в монастырских библиотеках. Их переписывали, дополняли и широко использовали в своей повседневной практике врачеватели. Сложнее было получить навыки цирюльника. Чаще всего они передавались от отца к сыну на практике. Таких специалистов в Киеве в XVI в. было мало. Поэтому, когда в 1597 г. польский король Сигизмунд III подписал документ об учреждении в Киеве цехов, объединявших ремесленников по специальностям, «резальников» присоединили к организации портных (кравцов).

Цеховые организации в Киеве начали создавать по образцу европейских цехов еще в XV в. Это было обусловлено потребностью в защите своих сословных интересов и экономической необходимостью регулирования ремесленного производства и торговли в большом городе. В середине XVI в. в Киеве насчитывалось уже 17 цехов. Наиболее многочисленными были цехи сапожников, портных, скорняков, ткачей, музыкантов, бондарей и пекарей.

Только 30 июля 1769 г. киевский войт надворный советник Григорий Пивоваров, бурмистр и степенный гражданин Данила Величковский вместе с уважаемыми членами киевского магистрата подписали документ об образовании в городе самостоятельного цеха цирюльников [4]. Цех имел свой герб и печать (рисунок).

Не исключено, что образование цеха людей, умевших «раны гоить рубаные, пробитые и стреляные», «пускать кровь жильную и зашкурную», «класть пластыри» и «вырывать зубы», остро понадобилось в связи с начавшейся русско-турецкой войной (1768–1774 гг.) и превращения Киева в прифронтовой город, куда стали привозить большое количество пострадавших. Число цирюльников увеличилось за счет прибывших из других городов и сел, однако, заниматься своим ремеслом самостоятельно они не имели права. Ремесленник должен был явиться к старшине цеха для подтверждения его документов и «рукоделия» в присутствии всего цеха мастеров. Если новый человек отлично справлялся со своими обязанностями, начиная от бритья до костоправного дела, то его вписывали в записные книги цеха, которые хранились в сундучках с тремя ящичками красного или зеленого цвета у цехмистра или в ратушной церкви [6]. Если же цирюльник в своей работе «напортачил», то платил штраф «против заработанного вдвое», «за второй раз — вчетверо, а в третий раз — отстранялся от работы».

Часть заработанных денег цех тратил на покупку необходимых инструментов, своего дома, бани, на сенокос и оплату магистрату за содержание пожарной команды. Чтобы увеличить свои доходы, имеющиеся деньги давали под проценты в долг, сдавали во временное пользование некоторые свои помещения [7].

Заботу об организации дел в киевском цехе цирюльников магистрат возложил на Григория Ивановича Хотяновского, о порядочности и честности которого знали все, «а поэтому и доверили за ремесленными людьми смотреть, чтобы свое рукоделие делали добрым мастерством».

Поскольку биографические сведения об этом человеке в исторической литературе отсутствуют, мы попытались разыскать их в документах Центрального государственного исторического архива Киева.

Найденные нами документы свидетельствуют о том, что Григорий Иванович Хотяновский родился в 1710 г. в семье казаков Козелецкой сотни Переяславского полка. Поскольку Козелец находится на полпути между Киевом и Черниговом, то казацкий сын мог получить образование в учебном заведении одного из этих городов. В 1754 г. родители Григория отделили сына, выделив ему часть семейного капитала и благословив на отъезд в Киев, где он сразу купил дом и постоялый двор в центре Подола, напротив церкви Пирогощи, по улице, ведшей к Фроловскому монастырю [8]. С 23 июля 1728 г. у входа в этот монастырь уже существовала первая на Подоле аптека, открытая Иоганном Гейтером, который получил образование в Москве. Во времена деятельности цеха цирюльников она называлась «Аптека Бунге», в честь зятя И. Гейтера — Георга-Фридриха Бунге, который получил аптеку в собственность по наследству. В ней готовили пластыри, необходимые для цирюльников [9]. В наши дни эта аптека работает в том же доме, бóльшая часть комнат отведена под музей. Частные (вольные) аптеки стали открывать на основании повелений Петра I в 1701 и 1721 гг. После Киева такая же аптека была открыта в 1743 г. в Глухове на средства представителя казацкой старшины Я. Марковича и благодаря усилиям московского аптекаря Казимира Майера [10]. Соседом Григория Хотяновского был лекарь Федор Сальник, с тыльной стороны двора которого располагался дом кушнирского цеха. Ковальский цех, производивший необходимые инструменты для цирюльников, тоже находился рядом, в приходе церкви Николы Доброго [11].

Эти подробности не следует игнорировать, поскольку близкое знакомство со старшинами цехов и медицинскими чинами Подола способствовало авторитету Г. Хотяновского, благодаря чему он вошел в состав руководства всеми цеховыми общими мероприятиями. Они проводили торжественные празднования 2–3 раза в год — на Маковей, Крещение, а иногда и на годовщину Полтавской битвы. В эти дни в 7 ч все собирались в своих цеховых дворах, а в 8 ч цехи выстраивались на площади около магистрата под своими знаменами, в праздничной одежде с рушницами и саблями. Если какой-то цех нарушал этикет, его штрафовали — в первый раз на 2 рубля, во второй — на 5 рублей, а третий — на 10 рублей [12].

Праздничное настроение создавали хвалебные речи в честь цехов, звучала музыка, проводили парад и стрельбу из магистратских пушек. Этот салют поручали производить Григорию Ивановичу Хотяновскому, имевшему, вероятно, навыки пушкаря, которые он получил, возможно, от своего деда или отца — казаков Козелецкой сотни. Поэтому не случайно именно ему магистрат Киева поручил «смотрение за пушками и содержание их во всякой исправности».

В связи с русско-турецкими войнами во второй половине XVIII в. потребность в цирюльниках выросла. В их помощи нуждались и дислоцированные на Печерске гарнизоны. Сохранились документальные свидетельства того, что в них служили цирюльники — Василий Колосов, Иван Петров и Федор Кузьмин.

1 мая 1772 г., когда в Киевском Генеральном госпитале количество раненых и больных, доставленных из-под Бендер, Браилова и Хотина, достигло 600 человек, генерал-майор Марков в своем рапорте генерал-губернатору Киева Ф.М. Воейкову изложил просьбу помочь военному госпиталю и прислать цирюльников, поскольку «нужно воспомоществование медицинским чинам в перевязке пластырей» [13]. Даже скупые сведения, дошедшие до нас со второй половины XVIII в. о цехе цирюльников, свидетельствуют о том, что они были востребованы, а своим «рукоделием» лечить раны и ставить пластыри заслужили уважение. Их руководитель — Григорий Иванович Хотяновский скончался в 1799 г., оставив завещание двум сыновьям (Ивану и Алексею) и их детям [14]. Среди свидетелей при подписании завещания был надворный советник И.И. Григорович-Барский (сын архитектора), а за соблюдением завещания Г. Хотяновский назначил следить А.И. Барского. Подписи таких почетных граждан Киева под завещанием Григория Ивановича объясняются тем, что две семьи породнились. Сын Г. Хотяновского Алексей был женат на внучке архитектора Анне, и когда в его семье рождались дети, Барские присутствовали на их крещении, а когда А.И. Барский выдавал свою дочь Софью замуж за служившего в магистрате Григоренко, то свидетелем на этой церемонии был Алексей Григорьевич Хотяновский [15, 16].

Список литературы находится в редакции (16 источников)